Яндекс.Погода

вторник, 26 октября

пасмурно+2 °C

Сейчас в эфире

Радио 1

На войне все герои

24 апр. 2020 г., 12:44

Просмотры: 244


Егорьевские школьники сохраняют память об участниках Великой Отечественной

Публикуем работу одного из победителей муниципального этапа областного конкурса сочинений «Путь моего Героя (личная история)» Марии БОЛЬШАКОВОЙ, учащейся 5а класса средней школы № 1 (учитель Светлана Викторовна Комиссарова).

Такие фамилии, как Гастелло и Талалихин, известны каждому. Но разве могли бы легендарные авиаторы совершать свои подвиги, не будь рядом с ними обслуживающего персонала? Конечно, нет. Плечом к плечу с ними сражались за Победу авиамеханики. Сегодня я расскажу о нашем земляке, о моем прадеде Тимофее Пахомовиче Зыкове.

ПЛАТА ЗА ХАЛАТНОСТЬ – ЖИЗНЬ

Тимофей Пахомович родился 20 марта 1920 года в селе Ржавец Воронежской области. Маленький Тимоша в небо влюблен
был с детства. В 1935-м семья переезжает в город Егорьевск, где в 1940 году он оканчивает среднюю школу № 2, с которой связана биография самого Чкалова. Параллельно он поступает в Егорьевский летный аэроклуб и получает специальность авиамеханика запаса. Затем мой прадед стал курсантом Серпуховской летной школы.

И вот грянула война. Тимофей Пахомович попадает в Воронеж на формирование 174-го штурмового авиационного полка.

Трудно было с самого начала. В школе курсанты учились на ДБ-3Ф, а здесь достались «илы»! Так, после недолгого переучивания 2 августа 1941 года в составе полка Зыков вылетел на Западный фронт. Боевое крещение принимал в Белоруссии. Подготавливал самолеты ДБ-3Ф и Ил-2 к вылетам. А вот что я прочитала в его мемуарах: «Авиамеханик обязан был убедиться в том, что самолет надежен. Обнаруженный подтек масла, воды или следы бензина – тревожный сигнал. Пока не будет выяснена и устранена причина неполадок, самолет считается неисправным, и никто не вправе выпустить такую машину в воздух.

Закон авиации суров и справедлив. Плата за халатность – жизнь. Когда самолеты уже были в воздухе, можно было где-нибудь, укрывшись самолетным чехлом, отдохнуть и чуточку поспать. Границы дня и ночи стерлись, ночь сменялась утром нового дня, начинались полеты, и так круглые сутки. При переносной лампе, на ощупь ставились заплатки на полостях и фюзеляжах, клеились рваные элероны и рули хвостового управления…».

Тимофей Пахомович для быстрейшей подготовки самолета к вылету помогал оружейникам снабжать боекомплектом снарядные и пулеметные ящики, навешивал бомбы и снаряды. Всего с 21 сентября 1941 года по октябрь 1942-го он обслужил 108 боевых вылетов, в полевых условиях произвел 17 восстановительных и 53 полевых ремонта. Командование эскадрильи за отличную работу по обслуживанию материальной части на боевых заданиях 9 раз выносило ему благодарность!

ПОБЕДА ЛЕТЧИКА ВО МНОГОМ ЗАВИСИТ ОТ МЕХАНИКА

Самоотверженны тогда были все. Ждать, пока накопится опыт, не было времени. На Западном фронте штурмовики Ил-2
попали в самое пекло войны, в самое ее горнило. На врага наши мальчишки произвели ошеломляющее впечатление. «Нет большего ужаса, чем самолеты Ил-2, – признавались пленные немцы. – Они сводят нас с ума!»

15 сентября 1941 года полк вылетел на Ленинградский фронт, где и получил звание 15-го Гвардейского штурмового авиационного Невского краснознаменного орденов Суворова и Кутузова. Всю блокаду Тимофей Пахомович обслуживал вылеты в местечке Касимово, в 30 км от Ленинграда. Работали самоотверженно. Оружейницы, подвешивавшие снаряды, зенитчицы, авиамеханики жили одинаково – в землянках. Заходишь в такую – в лицо бьет тяжелый запах портянок и прелой, никогда до конца не просыхавшей одежды, пахнет кислым теплом бензиновой коптилки, сделанной из гильзы снаряда. Землянки те не заросли и в 1983 году, когда Зыков приезжал на памятную встречу с однополчанами.

Моим родителям дедушка рассказывал, что питание было крайне скудным. В день выдавали 300 граммов хлеба плюс 100 граммов сухарей (не механикам и сухарей не полагалось). Из горячего – баланда, пшенка с лярдом (лярд – это что-то вроде сала из американской помощи), на десерт – 5 кусочков сахара…

Тимофей Пахомович так писал: «Устранять дефекты и готовить самолеты в полевых условиях, на морозе и ветру, когда
коченеют руки и пальцы примерзают к металлу (к тому же, как волку, жрать хочется постоянно) – такое на всю жизнь запомнится! Летчики венчают наш труд, уверенность в матчасти придает им мужества, храбрости в бою – и получается, что любая победа летчика – дело наших рук, но погибают они одни!»

ОТВАГА – ЧЕРТА ХАРАКТЕРА

19 августа 1942 года при выполнении боевого задания в самолет во время обстрела зенитной артиллерией противника было совершено прямое попадание, которое сильно повредило машину. Восстановительный ремонт требовался в условиях стационарных мастерских, что привело бы к выводу самолета из строя как минимум на несколько дней. Зыков сумел организовать технический экипаж, который за
30 часов беспрерывной работы обеспечил восстановление машины к выполнению боевых заданий. За столь самоотверженную работу его наградили медалью «За отвагу», а позже – медалью «За оборону Ленинграда».

Отвага тогда не считалась доблестью, она была неотъемлемой чертой характера каждого. Тимофей Пахомович вспоминал, как будущий комполка Свитенко с подбитым самолетом сел на лесную поляну рядом с дорогой, по которой двигались немцы. Летчика заметили. Свитенко поджег самолет, чтоб тот не достался врагу, и приготовился умирать. Вдруг на лесную поляну посадил свою «Чайку»
его ведомый лейтенант Слонов. В кабине места не было… На глазах у изумленных фрицев «Чайка» с лежавшим на плоскости крыла Свитенко поднялась и полетела на аэродром. Приземлились благополучно. Такого еще в практике не было!

Но были эпизоды и трагические. Во 2-й эскадрилье командиром был старший лейтенант Поппе. Тимофей Пахомович вспоминает ужасный случай, как у вернувшегося из боя Поппе весь самолет был покрыт серо-красной коркой засохшей крови, а задняя кромка изогнутой лопасти словно была изжевана бесчисленными вмятинами. Гондолы шасси, низ центроплана, бронекорпус мотора – в потеках такого же цвета и брызгах крови. Створки и соты радиаторов забиты клочьями кожи, обрубками кистей рук и лоскутами серого сукна немецких шинелей. Все были в ужасе! Оказалось, летчик спикировал на колонну пехоты численностью почти 2
тысячи человек. Поппе погиб немногим позже, Тимофей Пахомович лично хоронил лейтенанта в поле, завернув в шелковый парашют…
15- й Гвардейский штурмовой авиационный полк, переброшенный после снятия блокады Ленинграда в Восточную Пруссию, гнал и бил фашистов до победного конца. С 1 февраля 1943 года по апрель 1945 года Зыков Тимофей Пахомович обслужил 267 боевых вылетов, произвел в полевых условиях 20 восстановительных и 177 полевых ремонтов.

МИРНОЕ НЕБО

Войну Зыков закончил в звании гвардии старшины в городе Кенигсберге, имеет медаль за оборону этого города. Есть и другие награды: орден Красной Звезды, орден Отечественной войны 2 степени, медаль «За победу над Германией в Великой Отечественной войне 1941–1945 гг.», медаль Жукова, памятный знак «Ветеран 1-й Воздушной армии» и множество благодарностей и юбилейных медалей (теперь они хранятся у старшего сына – А. Т. Зыкова).

После демобилизации Тимофей Пахомович вернулся в Егорьевск. Началась мирная жизнь. Трудился, не позволяя себе ни малейшей поблажки. В 1949 году женился на милой девушке Маше, которая подарила ему двух сыновей (Сашу и Валю Зыковых). Но Тимофей Пахомович, неуемная душа, всю свою жизнь хотел отдать на благо общества и простых людей! Городу позарез нужен был завод. И вот Зыков едет в Грозный, привозит оттуда планы завода и с нуля начинает строительство. Именно ему мы обязаны возникновением Егорьевского завода железобетонных опор (ЖБО), и он был его бессменным директором с 1960-го по 1981 годы, до выхода на пенсию.

В 1999 году прадедушки не стало… Осталась рукопись – труд всей его жизни, правда о суровых буднях Великой Отечественной, которая хранится в семейном архиве. О храбром папе и дедушке свято помнят два сына, внук и внучка.

Подрастают три правнучки и один правнук, продолжатели рода Зыковых. Дед, мы помним, мы гордимся!

Обсудить тему

Введите символы с картинки*

Самое читаемое

24 часа
неделя
месяц